«Дело было в Пенькове»: Альберт Чурилов

В гостях у Владимира Пенькова начальник управления автомобильных дорог и транспорта Тамбовской области Альберт Чурилов.

В гостях у Владимира Пенькова начальник управления автомобильных дорог и транспорта Тамбовской области Альберт Чурилов.

Какова зона ответственности Вашего управления?

— Это дороги регионального и межмуниципального значения, т.е. это дороги, которые соединяют, к примеру, областной центр и районные центры нашей области, те дороги, которые выходят на границу с нашей областью, соединяют областной центр и федеральные трассы. Зона ответственности внутри города – это, конечно, зона ответственности муниципальных властей. Но, тем не менее, хочу оговориться сразу, ту задачу, который поставил глава администрации, в нашу зону ответственности теперь попадают и дороги, которые находятся внутри муниципальных образований.

По территории Тамбовской области проходят дороги федерального значения. Самая крупная и насыщенная из них – это, по всей видимости трасса «М6 – Каспий». Это трасса, которой занимается Минтранс, специально подразделение, которое находится в Тамбове, но что касается примыкания к этой дороге – это уже предмет интереса муниципалитетов и Вашего управления. А можно вообще дороги строить без денег?

— Без денег, наверно, строить невозможно. Если кратко говорить о действующем законодательстве, мы сначала должны разработать проектную документацию, заказать без денег её невозможно.

Т.е. прежде чем появится дорого, должна быть появиться проектно-сметная документация, должна быть отведена земля под это дело, чётко должны посмотреть, какой ландшафт у этой местности, и должен появиться проект. Я почему такой глупый вопрос задаю, я понимаю прекрасно, что без денег ничего не бывает в нашей стране. Но всё-таки на недавнем совещании у губернатора прозвучала убийственная для меня цифра – минимум 1 млрд. рублей в дорожном фонде Тамбовской области в 2017 году будет не доставать. Федеральные власти решили, что расщепление акцизов за горюче смазочные материалы будет производиться не столько в пользу регионов, сколько в пользу РФ, это так?

— Да, совершенно верно. В конце прошлого года ГД были приняты изменения в налоговый кодекс, бюджетный кодекс, другие нормативные акты, в соответствие с которыми акцизы на ГСМ, которые до это распределялись в соотношении 88 – субъектам, 12 – в федеральный бюджет.

Из рубля акцизов 88 копеек получал регион, а 12- федеральный бюджет. А теперь?

— Теперь – 62 коп. – регион, 38 коп. – федеральный бюджет.

Вот отсюда недостающий миллиард, который складывается. Так что, штык в землю? И зачем тогда нужно Ваше управление, если денег нет? Что у Вас есть в кармане на этот год?

— На этот год мы стартуем с планки 3 млрд. 70 млн. рублей. Это, в принципе, сопоставимо со стартом прошлого года. Прошлый год начинался с цифры 2 млрд. 700 млн. рублей, но в течении года, благодаря главе администрации Александру Валерьевичу Никитину, пересмотрены в конце концов к уточнению параметров цифры, и к концу года это превратилось в 5,3 млрд. рублей.

Т.е. эта итоговая цифра появилась в течение года, когда тамбовские «ходоки» бывали в Москве, и средства выделялись целевые на вполне определённые дорожные проекты.

— Да, миллиард триста миллионов рублей было привлечено из федерального бюджета.

Сумму Вы назвали. Перспективы как Вы определяете дорожного строительства, содержание, ремонта дорог 2017 года? У Вас уже есть ясная программа?

— Да, а сегодняшний день программа сформирована, утверждена так же главой администрации области. Все 3 млрд. 70 млн. рублей расписаны по статьям расходов, скажем так. Определена сумма содержания по области – почти 1 млрд. рублей.

Содержание – это что?

— Это те мероприятия, которые проводятся на дорогах ежедневно. Зимой – это очистка, посыпка песком, солью, реагентами, вывоз снега, в конце концов. В весенний и осенний период – это устранение деформации, так называемый, ямочный ремонт. Та же покоска, уборка мусора, покраска, установка дорожных знаков, разметка.

Этот миллиард идёт на то, что Вы перечислили? Вплоть до того, чтобы очистить водопропускные системы, которые есть под дорогами, это всё Вы? Т.е. это та сумма, без которой в идеальном состоянии находящиеся дороги станут не проезжими. Один миллиард убрали, ушёл, дальше?

— Условно остаётся 2 млрд. 260 млн. – это софинансирование мероприятий по программе устойчивого развития сельских территорий. В рамках этой программы область привлекает из федерального бюджета 380 млн. плюсом на строительство подъездов к сельским населенный пунктам или к объектам АПК. Здесь имеются ввиду сельские населённые пункты, которые не имеют связи по догам с твердым покрытием, т.е. не имеют подъездных асфальтированных дорог. Около 30 км в этом году будет построено на селе.

Несколько дней назад на общем собрании общественной палаты у нас был Александр Валерьевич Никитин, он выступал. Мы обсуждали доклад о состоянии гражданского общества, о самочувствии граждан. И наш губернатор согласился с тем, что на социальное самочувствие людей очень влияют многие факторы – социально-экономические, и, в том числе, состояние дорог, и, в том числе, доступность транспортной системы и т.д. И губернатор высказал, на мой взгляд, очень здравую мысль, связанную с тем, что ориентация на сооружение подъездных путей к предприятиям АПК – это очень важно и значимо. Но, может быть, настало время, чтобы предметно посмотреть на то, чтобы до села могла доехать скорая помощь, мог доехать школьный автобус, пожарные машины и т.д. Вы об этом разговор ведёте?

— И об этом тоже. Я сейчас сказал о тех дорогах, где будет именно строительство дороги, т.е. там реально грунтовые разрывы. Остановившись, например, на дороге Рассказово-Уварово, доехать до какого-то села Вы не сможете, потому что там грунт. Вот этот грунтовый разрыв и будет ликвидироваться. К сожалению, у нас в области 360 населенных пунктов, которые не имеют подъездных дорог.

Оставшаяся часть средств на что пойдёт?

— Они делятся между муниципальными дорогами в виде субсидий муниципальным образования на ремонт дорог общего пользования, которые у них уже есть. И вторая, скажем так, половина направляется на капитальный ремонт дорог и искусственных сооружений на муниципальной и региональной сети. Это вторая сеть дорог по напряженности и значимости после федеральных.

Т.е. здесь заказчик не Вы, Вы передаёте эти средства муниципалитетам, и муниципалитет уже в соответствие с плановыми назначениями использует эти средства. В прошлом году начались работы по многострадальной трассе Тамбов-Моршанск-Шацк. Эта трасса теперь не федеральная, эта трасса теперь областная с 92года. То, что это была «трасса смерти», Вы, наверно, подтверждаете. В прошлом году сделан достаточно хороший рывок, и определённый участок дороги был сделан. Есть какие-то перспективы по этой трассе?

— Рывок был сделан за счёт федеральных трансфертов, которые были выделены Тамбовской области, опять же большую роль в этом сыграл наш губернатор в сумме 300 млн. на неотложные ремонтно-восстановительные работы. Это средства, которые были получены в прошлом году от системы взимания платы «Платон».

Сейчас очень много критиков системы «Платон». Говорят о том, что бедных предпринимателей, бедных дальнобойщиков обирают и т.д. Оказывается, «Платон»-то работает? Т.е. те же самые дальнобойщики сегодня по трассе Тамбов-Моршанск-Шацк на определённом этапе могут не просто уворачиваться на очередной колдобине, а проехать совершенно спокойно с нормальным скоростным режимом. Т.е. это «платоновский» участок?

— Да, и скажу больше, не только перестали уворачиваться, а после того, как мы завершили ремонт 30 км, количество большегрузных автомобилей на этой дороге резко возросло.

Я в СМИ прочёл информацию, что в нынешнем году за счёт «Платона» будет отремонтирован один из путепроводов, это так?

— Мост. Это также деньги «Платона». Финансирование данного моста началось в прошлом году. Мост через р. Савала в Жердевском районе. Он находится в предаварийном состоянии. В Москве в Федеральном дорожном агентстве есть такая программа на выделение средств, которая собирает средства за счёт «Платона», на уникальные искусственные сооружения и на искусственные сооружения, которые находятся в предаварийном состоянии.

Эти средства, которые идут на ремонт жердевского моста, это сверх той суммы, которая выделена бюджетом на этот год, или внутри?

— Да, это сверх пошло.

Почему по осень что-то подремонтировали, зимой покатались, наступает весна, и асфальт сходит вместе со снегом. Кто занимается контролем качества работ?

— Есть разные способы. По областным дорогам у нас есть структура, которая оснащена необходимым оборудованием и при ремонте, строительстве, реконструкции ответственные работники выезжают на объекты, делают замеры, потом испытания лабораторные – ведут контроль качества выполняемых работ.

У меня имеется информация, что в ряде случаев по прошлому году вырубленный асфальт не соответствует никаким нормативам. Насколько Вы контролируете тех, кто не только выкладывает асфальт, но и тех, кто его производит? Должны же быть какие-то определённые ингредиенты. Почему у нас доминирует известковый камень, а не гранитный скол?

— На сегодняшний момент те смеси, которые мы испытываем, и те вырубы, которые мы берём, – они все используются без использования песка. Потому что технологию с песком уже никто не использует. На областных муниципальных дорогах мы используем смесь марки B2. Там присутствует отсев, но не песок.

Т.е. Вы говорите, что асфальт, который используется на дороге, идеальный. Тогда получается нарушение технологии укладки?

— Я не говорю, что он идеален. Везде работают люди, везде есть недобросовестные подрядчики, которые стараются сэкономить. Не везде асфальтобетонная смесь соответствует рецептам, которые должны быть, которые заложены в проектную документацию. Нарушается и технология укладки. Особенно это видно в осенний период, что температура смесей недостаточна, все разрушения происходят от этого.

Я недавно общался с филологом и узнал, что в лексиконе тамбовских жителей появился новый глагол, который определяет в ряде случаев качество дорог, ремонт дорог, строительство и т.д. и глагол этот звучит так – «подшамоянить». У меня складывается впечатление, что по итогам тендеров на дорогу выходит шпана, которая не соблюдает технологию, которая ворует деньги и не несёт никакой за это ответственности. Мы не будем вспомнить причту 2014 г., как были проплачены средства за несуществующую дорогу в Знаменском районе. Я понимаю, сейчас ведутся следственные действия. Слава Богу, деньги возвращены в бюджет, которые были незаконно выплачены подрядной организации. Но я хотел бы уточнить, Ваше управление имеет рычаги влияние на то, кто придет и будет выполнять подрядные работы по строительству и ремонту дорог.

— Прямых рычагов нет. Сошлюсь на закон по торгам – во главу угла ставится цена. Конкурсы, к сожалению, проводятся только на сложные технические объекты, типа мостовых сооружений. А ремонт дорог проходит по категории электронных аукционов. Раз главное – низкая цена, тут выходят многие не совсем добросовестные подрядчики. Здесь борьба с ними только одна – контроль в процессе производственных работ. Например, во всех государственных контрактах, которые мы на сегодняшний день заключаем, нет авансов. Потому что авансы для многих – лакомый кусочек. Взять деньги вперед, потом ничего не делать. Хотя и без авансов встречаются подрядчики, которых приходится подталкивать различными способами.

Сегодняшний подрядчик претендует на государевы деньги, которые ему заплатят за сооруженную им или отремонтированную работу, должен, как минимум, иметь необходимое технологическое оборудование, необходимую технику, сырье и материалы, должен выполнить работу, должен предъявить ее заказчику, затем пройти определенные экспертные оценки по качеству выполненных работ и только тогда возникает вопрос о оплате фактической выполненных работ. Так, получается?

— Да. Если предусмотрено так выполнение работ.

Авансирование по дорожному финансированию сегодня не предусмотрено?

— Во всяком случае по нашим контрактам мы не предусматриваем сегодня.

Здесь еще одна подтема возникает. В ряде случаев начинают вести разговор, что асфальт кладут, когда дожди пошли и т. д. Но мы понимаем, что Федеральный Закон предписывает: электронные торги предусматривают выбор оптимального подрядчика. Затем идет процесс обустройства, финансирования и т. д. В ряде случаев возникает так, что средства появляются где-то в феврале-апреле, в марте-июне идет конкурсная процедура. Пока с силами собирается подрядчик, уже и сентябрь подоспел, и в октябре начинаем работы. На этот механизм вы в состоянии повлиять?

— Да, конечно. Немножко поясню по этому вопросу: ремонт и стройка в конце года. Как правило, областные деньги, что формировались за счет областной части дорожного фонда, торги проходят, не скажу, что совсем рано, но в первой половине года и позволяют сделать ремонт и закончить стройку именно в строительный сезон. Все эти неприятные моменты по поводу строительства в то время, когда сезон закончился, связаны с выделением средств из федерального бюджета.

«Черепаха процедурная» сидит в Москве?

— Движение «черепаха» начинает с Москвы, скажем так. Но в этом году ситуация немного поменялась. Много говорили об этом. В частности, я уже говорил про сельские дороги, соглашение с Москвой уже заключено.

Те 30 км, о которых вы сказали, под них уже есть деньги? И как только появится подрядчик по результатам электронных торгов, я понимаю, вторая половина мая — начало июня вы можете начинать активные строительные работы?

— Вторая половина. Если позволят погодные условия. Они меняются. Было тепло, сейчас идут,с удя по долгосрочным прогнозам заморозки, даже со снегом обещают. Как выходим на нормальные погодные условия: положительную температуру устойчивую, земля отойдет, оттает все — можно выходить смело, осуществлять ремонт, стройку.

Вы говорите о том, что середина мая — возможно, начало активного строительства дорог?

— Да, совершенно верно.

Здесь еще одна тема возникает. Многие работы выполняются, и подрядчик берет на себя многие гарантийные обязательства. Это так?

— Обязательно.

Как ваше управление контролирует это? Выполнили дороги, а она вместе со снегом сошла? Можно привести какие-то конкретные примеры, когда санкции реально были предприняты в отношении подрядчика?

— Почему были? Они и сейчас предпринимаются. Дело в том, что гарантийные — это обязательная процедура. Сейчас гарантийный паспорт заключается сроком на 4 года. Я знаю, что федеральный центр сейчас пересматривает этот момент. Есть предложение увеличить на более длительный срок гарантию. Это связано, соответственно, с подрядчиком и т. д. То, что обнаруживается после схода снега, это самое неблагоприятное время — переход с зимы на весну, появляются все недостатки, которые были заложены при строительстве в сезон работ. В соответствии с гарантией, подрядчик и мы даем предписание, чтобы подрядчик за свой счет устранил эти дефекты.

Механизм такой есть?

— Да, конечно. Я немножко вернусь назад в нашем разговоре, когда такие не совсем порядочные организации, которые после сдачи объекта могут просто исчезнуть, то здесь получается сложнее.

Вы недавно назначены руководителем объединенного управления. Вы — молодой и перспективный чиновник. Но ведь должность «расстрельная»? Вам не страшно браться за это дело? Спрос-то с вас великий.

— Я понимаю, какой спрос. Я понимаю, что это всегда на виду. Дороги всегда на виду. Сколько я работаю, всегда идут жалобы. И они, мне кажется, будут идти, как вечная тема. Лично на мой взгляд, живя здесь в Тамбовской области, мне хочется, чтобы дороги были у нас лучше.

Рубрики
Видео интервьюДело было в Пенькове
Комментариев пока нет

Оставить комментарий